Аркадий северный

Мы приходим в ресторан в назченное время. Укупник и его жена Наталья уже здесь. Они занимаются тем, что выбирают столик, за которым им будет удобно. Менеджер заведения (индус, плохо говорящий по-русски) ходит за ними по пятам и на каждый вопрос отвечает одинаково: «Тутхорошо». Это продолжается минут десять, после чего мы наконец садимся.

Наталья: (официанту) Мне. пожалуйста. воды без газа. Прямо сейчас, а то жажла у меня.

 

П.Г.: А выпивать? Наталья: Я ничего не буду. Укупник: Мы должны ПО стандарту... Это такое интервью.

Наталья: (официанту) Ну. тогда давайте виски Black label.

Укупник: Мне тоже виски. Хочу, как ни странно, с тоником...

 

Мы заказываем водку. Наталья долго изучает меню на предмет закуски. Через 15 минут решает заказать салат из тунца и кроеную рыбу под сырач. Укупник говорит официанту: -И мне что-нибудь типа этого-. Мы с Нашей бгрем устриц, ту же рыбу и пюре. В этот момен нам уже приносят  алкоголь.

 

П.Г.: Первый тост с вас.

Укупник: (запинаясь и подбирая слова) Предлагаю выпить за стечение обстоятельств, которое сопутствует... всякому новому контакту... в чем я убедился в очередной раз. Мне не очень знакомо название журнала - Rolling Stone.

Знаю, что за рубежом такой есть, а что в России - не в курсе. Что касается стечения обстоятельств, то как раз недавно мы были с женой в Индии... а сейчас мы в индийском ресторане...сразу воспоминания нахлынули... так что я хотел бы поднять этот многословный тост за то. чтобы в нашей жизни всегда присутствовало некое дежа вю... в сочетании с новыми контактами.

 

П.Г.: Прекрасная речь!

П.Г.: Простите, а вы еврей?

Укупник: Я в детстве несколько раз ощущал на себе антисемитизм. В школе сидел с девочкой, которая мне очень нравилась. И однажды. проходя мимо, самый здоровый ученик в классе обозвал меня жидом. В другой ситуации, возможно. я бы не отреагировал, но тут перед девочкой мне просто необходимо было себя защитить. Я взял со стола ручку, догнал этого амбала и воткнул се ему в спину.

 

ЕЛ.: И что было потом?

Укупник: Ему было очень больно.

 

П.Г.: Вы заказали странное сочетание: виски с тоником. Откуда такая комбинация?

Укупник: Я только что вернулся из Индии. Вот там и научился этому. Индия - замечательная страна. Мы там первый раз были. Ощущение полной расслабленности. Время совершенно по-другому течет. Закрыл глаз, открыл - уже десять дней прошло...

 

П.Г.: В Индию стремятся хиппи со всего мира. У пас была хипповская юность?

Укупник: Нет. Длинные волосы и мой Бауманский институт—это были несовместимые вещи. Гам же военная кафедра... Зато при институте был замечательный джаз-клуб. Я ходил на концерты...

 

У Укупника звонит телефон. Он поднимает трубку: Алло... Да. привет... Не мог дозвониться? Так у меня два телефона — один с открытым, другой с закрытым... Ну есть нежелательные люди, поэтому так нужно. Нет. ты как раз желательным. Встретиться бы с Понаровской надо... Алло! Ну вот, оборвалось... Кладет трубку

 

Е.Я.: Аркадий, когда вы впервые что-то написали?

Укупник: Давно...

 

Снова звонит телефон. Укупник - нам: Это зам генерального продюсера Первого канала... Извините... Берет трубку: Алло. Да. оборвалось у тебя. Видимо ты по Рублевке там... Да. снимаю сейчас... У меня есть песни, которые еще страна не слышала... Есть, да... Про коровку с перебитым крылом... На «Мосфильме» у меня сейчас друзья будут строить. прямо напротив шведского посольства... Там можно вложиться дешево.

 

Наталья включается в разгово: Серега, тебе это будет стоить два эфира... Это по бросовой цене, для друзей... На ОРТ. конечно, не где-нибудь.

 

Укупник: Хватит, дан по делу поговорить. Забирает трубку обратно и продолжает: Алло... Надо подумать. потому что сто двадцать— это нормально... В центре, Борисоглебский переулок... Да, «Кроет» строит... Минимальный метраж — двести тридцать... Зато цена неплохая... Алло... Алло! Опять пропал... Кладет трубку.

 

Е.Л.: Я все-таки хотел бы получить ответ на вопрос. Когда вы впервые взялись за композиторство?

Укупник: До 30 лет я вообще не написал ни одной ноты. Играл в ресторанах с ансамблем, успешно зарабатывал деньги и ни о какой карьере эстрадного певца и композитора не помышлял. А зачем? Я каждый день имел по 50 рублей. У Юрия Антонова, для сравнения, тогда была ставка 6о рублей за концерт.

 

Е.Л.: А что чаще всего вашему ресторанному ансамблю заказывали?

Укупник: (поет на иностранном языке) Паро-о-оле, паро-о-оле, кеко за сэ-э, кеко за сэ-э... Ну, и так далее.

 

Официант приносит еду. Укупник: (глядя на салат) А что это такое вы мне принесли? Салат?.. (пробует)

 

Наталья: По виду вкусно.

 

Укупник: О чем я там говорил? Ах, да. В общем, когда мне было уже за 30, руководитель нашего ансамбля вдруг стал писать музыку для кино. У него была своя база в театре Станиславского, и я туда к нему ходил. Там стоял рояль, и вот на нем я начал что-то сочинять. Ни с того ни с сего — даже никаких позывов не было... А реально писать песни я стал, когда еще один мой товарищ, с которым я работал в ресторане, женился на Ирине Понаровской.

 

П.Г.: Этим товарищем был, кажется, музыкант Вейланд Родд?

Укупник: Именно. Я в то время как раз познакомился с поэтом Юрием Гуреевым. Он дал мне прочесть какой-то свой стих, я написал на него опус и, воспользовавшись тем, что Вейланд женился на известной эстрадной звезде, принес Понаровской посмотреть. К моему удивлению, она сказала, что будет это петь. Так совпало, что через несколько дней она должна была ехать на какой-то конкурс с оркестром Лундстре-ма, а песня как раз была в джазовом стандарте.

 

Е.Л.: Сейчас сможете ту песню напеть?
Укупник: Нет, уже стерлась из памяти.. И партитура давно утеряна... Но называлась она символично: «Успех». Кстати, нигде так и не была исполнена — по каким-то обстоятельствам тот концерт Понаровской не состоялся. Но главное, что впечатление у нее от меня осталось. И чуть позже я принес ей другую песню — «Игра в четыре руки», на слова того же Гуреева. Здесь мне повезло больше, потому что она с этой песней снялась на телевидении. Так я впервые увидел в титрах: музыка Аркадия Укупника.

 

Е.Л.: С ума не сошли тогда?

Укупник: Мгновенно! Когда читаешь свою фамилию бегущей строкой, это очень сильно действует. Я тут же перестал...

 

Е.Л.: ...здороваться с друзьями?

Укупник: Нет, играть в ресторанах.

 

П.Г.: А на что жили?

Укупник: Сначала работал у Антонова, потом еще где-то...

 

П.Г.: А как вам, кстати, работалось с Антоновым? Он же крутого нрава дядька.

Укупник: Да, мог запустить микрофоном в музыкантов. Мне, правда, ни разу не доставалось.

 

Е.Л.: И музыканты терпели?

Укупник: Терпели. А куда деваться? Антонов был тогда очень успешным автором, 6о рублей за концерт зарабатывал, как я уже говорил... У него была самая крутая аппаратура из всех, кто был на нашей эстраде.

 

П.Г.: А вам он хорошо платил?

Укупник: Семь рублей за концерт.

 

В этот момент в ресторане начинают играть живые музыканты. Мы их не видим - сцена находится за стеной.

 

Е.Л.: Нет желания пойти посмотреть на нынешнее поколение?

Укупник: Посмотреть — можно, а вот сыграть — нет.

 

Е.Л.: А что, у вас невозможен такой порыв? Или просто еще мало выпили?

Укупник: Порыв возможен, но не в данной обстановке.

 

Е.Л.: А где?

Укупник: Ну в иной, более располагающей к творчеству.

 

Е.Л.: Давайте выпьем за порывы.

П.Г.: Да, за чувства.

Е.Л.: А вы вообще знаете, что такое муки музы?

Укупник: В каком смысле?

 

Е.Л.: Ну, там, бессонные ночи, творческий поиск...

Укупник: Нет. Когда у меня что-то не выходит, я просто не работаю. И потом, что значит «не выходит»? Если ты профессиональный автор (а я себя таким считаю), то обязан в любом состоянии выдать продукт на уровне... Другое дело — запоет его народ с первого раза, со второго или же после того, как в него вложат сто тысяч долларов... Но ниже определенного уровня я не имею права делать.

 

Е.Л.: А существуют какие-то расценки на вашу работу?

Укупник: Конечно. Но все зависит от того, с кем ты работаешь. Если с состоявшейся звездой, то цена вопроса совсем другая.

 

Е.Л.: Намного больше обычной?

Укупник: Наоборот — меньше. Звезда ведь будет долго петь песню — на радио, на телевидении. Значит, она долго будет работать на меня, тешить мое самолюбие и приносить какие-то авторские. А если песню возьмет какая-то никому неизвестная девочка, которая возомнила себя Пугачевой, это совсем другое. Тут со своей песней можно сразу попрощаться. А ведь все, независимо от статуса, хотят только хиты. А это труд.

 

Е.Л.: Вы можете назвать какие-то конкретные суммы — допустим, за одну песню?

Укупник: Не стоит, я думаю. Кому нужно по делу, тот и узнает.

 

П.Г.: Но с Пугачевой вы ведь не ради денег работали?

Укупник: В те годы написать что-нибудь Пугачевой — это была голубая мечта любого автора. Человек, чью песню она спела, сразу оказывался в топе. Взять, например, Игоря Николаева, который одно время просто ее узурпировал. Он — ну, и еще Раймонд Паулс...

 

П.Г.: А как вы с Пугачевой познакомились?

Укупник: Я написал песню для Кристины Орбакайте, так как дружил с Володей Пресняковым. Вот после этого и появился в доме Пугачевой. Зашел сбоку, через дочку. А в ее дом было страшно входить... Это примерно то же самое, что явиться в квартиру, в которой живет Бог. Я все время находился в некотором ступоре, который заканчивался только тогда, когда за мной закрывали дверь.

 

П.Г.: А вообще помните, что происходило у Пугачевой дома? Как вы общались, что выпивали?

Укупник: Там всегда была толпа народу, поэтому напрямую мы с Пугачевой никогда не общались. Она как-то позже сказала, что когда увидела меня первый раз, я ей показался очень старым. А еще помню, когда Кристина сняла клип и Алла его продюсировала, я приехал на монтаж, сел скромненько за спину Пугачевой и стал смотреть, как она монтирует. Постепенно осмелел, стал что-то советовать, но в этот момент она развернулась ко мне и сказала: «Тебя тут очень много». После этого я закрылся совсем.

 

П.Г.: Как же вы в итоге стали ее автором?

Укупник: Это случилось через много лет — после моих бесчисленных попыток что-то ей показать. Например, песню «Сильная женщина» я приносил ей несколько раз, с разными припевами, но она никак не реагировала. А потом однажды я принес ей ту же песню в очередном варианте и сказал, что написал это для Кристины. Она послушала, и спросила: «А почему для Кристины? Это и я могу спеть». Вообще-то я для нее не много написал — всего три песни.

 

П.Г.: Как у вас сейчас с ней складываются отношения?

Укупник: Любовь прошла, причем с ее стороны... Зато недавно я случайно встретил Понаровскую, мы поговорили и решили сделать альбом. Думаю, народ примет на ура.

 

Е.Л.: Тогда за любовь!

П.Г.: Кстати, о любви. Вот вы говорили, что автору нужно войти с артистом в эмоциональный контакт. Из той четверки, с которой вы работали: Пугачева, Понаровская, Долина, Аллегрова, — вы были в кого-нибудь влюблены?

Укупник: Слава Богу, все ограничилось платоническими романами.

 

Е.Л.: Почему «слава Богу»?

Укупник: Я по опыту других знаю: если есть любовные отношения с кем-то из певиц — для других ты уже точно писать не будешь: тебе просто запретят! А зацикливаться на ком-то одном вредно.

 

П.Г.: Сколько лет вы уже женаты?

Укупник: 10 лет.

 

П.Г.: А как же «Я на тебе никогда не женюсь, я лучше съем перед ЗАГСом свой паспорт»?

Укупник: Ну да, была такая песня. Как видите, она не имеет никакого отношения к моей реальной жизни.

 

П.Г.: А как на эту песню реагировала жена?

Укупник: Нормально реагировала. Особенно на гонорары... Шучу. Наташа сама прекрасно зарабатывает.

 

Е.Л.: (обращаетсяу Наталье) А чем вы занимаетесь?

Наталья: У меня своя туристическая компания и агентство по организации праздников.

 

Е.Л.: Как называется?

Наталья: «Концертное агентство Аркадия Укупника».

 

П.Г.: В интернете есть ссылка на гимн строительной компании «Кроет». Автор — Аркадий Укупник. Это вы?

Укупник: Да. Там просто был хороший рекламный бюджет, да еще дали большую скидку на квартиру... Все очень просто.

 

Rolling stone
май 2006
Евгений Левкович, Павел Грингипун